Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Panda

Куда пропал Майкрофт?

Да тут я, тут. Никуда не делся. Просто вырос, дела, дела. Но на кофе, если что, время всегда есть. :)

- Facebook: Полезные ссылки и короткие заметки обо всём подряд.

- Twitter: бизнес, стартапы, бизнес-планы и много ретвитов.

- RB: Мой блог на сайте российской деловой сети: туда пишу всё, что не касается продаж.

- ВК: шутки-прибаутки, личные темы, фотки, никакого бизнеса.

- SalesPortal: мой многолетний блог о продажах.

Также, как вы возможно знаете, я с 2002 года возглавляю и модерирую несколько сообществ в ЖЖ: Книжные рецензии, стихи, фильмы и другие.

Также, если вы случайно иногда меня видите в сериалах - не обращайте внимания, это всего лишь небольшой побочный эффект от моей игры в театре "Русская Классика". Это мое хобби уже много лет. Слава так и не пришла, зато удовольствия - море. Приходите на наши спектакли, я буду рад вас видеть.

В ЖЖ последние годы бываю редко, но всё-таки бываю, все комменты получаю на почту и найти меня тут можно. Хотя более короткий путь - это почта. microft@mail.ru. Пишите!

ВОТ МОЙ (НАДЕЮСЬ НЕ САМЫЙ) ПОСЛЕДНИЙ ПРОЕКТ!

Box2Stocker - настольная бизнес-игра нового поколения, которую мы придумали с коллегами. Если вы бизнесмен, предприниматель, руководитель отдела продаж или маркетинга, продавец, маркетолог, агент или просто любитель поиграть в умные игры с друзьями на даче - обязательно купи Стокер. Отличная игра!

Stocker представляет собой упрощенный симулятор товарной биржи, на которой свободно торгуются три вида стратегических ресурсов - нефть, золото и зерно. Каждый вид ресурсов имеет в начале игры одинаковую стоимость, которая в процессе игры меняется в большую или меньшую сторону, в зависимости от действий игроков. Игроки имеют равное количество начальных ресурсов и денежных средств, но различные возможности дальнейшего влияния на рынок. Победителем становиться тот, чье суммарное богатство к концу игры будет наибольшим.

Игроку предстоит разработать свою выигрышную стратегию, исходя из доступного ему влияния на рынок, и реализовать ее, используя свои способности торговаться и влиять на мнение других игроков. По мере реализации стратегии придется предугадывать и учитывать стратегии, избранные другими игроками.

Вот ссылки:
https://www.facebook.com/TGL.Stocker - наше сообщество в Фейсбуке
https://boomstarter.ru/projects/tgl/25662 - собираем деньги на Бумстартере (стань первым спонсором и я привезу тебе коробку лично!)
http://busingame.timepad.ru/event/126004/ - раз или два в неделю собираемся по вечерам играть в разные игры. Join us today for free!
https://www.tordenson.ru/ - сайт нашей лаборатории

Присоединяйтесь! Станьте спонсором, или просто купите игру, разместите у себя ссылку или приезжайте играть! Любая помощь нам сейчас очень пригодится! Спасибо, друзья! 
NewOne

40

Итак, 40.

Что сказать? Это был, наверное, лучший десяток лет в моей жизни. Первые три были веселыми, легкими, но бездумными и бесцельными. Я просто жил, любил, работал, но особо ни к чему не стремился, много мечтал, много писал. Писал особенно много. Был среди первых, кто освоил ЖЖ. Были времена, когда я входил в 10 самых читаемых юзеров ЖЖ. Делал футболки с никами для всех, кто встречался в "Пирогах". Много пил, гулял, ездил за границу. Словом, просто жил. Ничего у меня особо не было ни в голове, ни за душой. С девушками тоже всё как-то мимо. Было их у меня за эти годы много, всех и не упомнишь, но женой ни одна не стала. Были хорошие и тихие, яркие и уверенные, взрослые и умные, художественные и артистичные натуры и еще много разных, но, видимо, дело было не в них, а во мне. Я просто шел вперед и ни о чем серьезном не думал. Впрочем, я никогда не считал себя ловеласом, бабником или повесой. Обычно мы просто знакомились, много гуляли, разговаривали. С кем-то роман длился один день, с кем-то - несколько лет. Я даже забыл, что однажды уже был женат. Моя жизнь до 30 лет неслась вперед, а я просто жил. А потом наступил вот этот, четвертый десяток. И со мной внезапно начали происходить изменения.

Я стал больше думать о вечном и это положительно сказалось на многих аспектах моей жизни. Я понял, что меня интересует больше, а что - меньше. Я увлекся бизнесом. Из "Компьютерры", где я продавал рекламу, я ушел менеджером по продажам в IBS. Оттуда - руководителем отдела в Медиалогию. Оттуда - в Expert Systems. Четыре компании за 20 лет - по моему, это хорошо. Карьера более-менее сложилась, работать мне всегда было дико интересно, да и жить тоже. В этом десятилетии я нашел себе хобби - это театр, в котором играю по вечерам. Уже восемь лет! Кстати, я родился в Международный День Театра! Да, он и правда сегодня! Как и Песах! Видите, получается, что день, в который человек родился, влияет на его судьбу. ;) И еще в этом десятилетии я запустил сайт о продажах - www.SalesPortal.ru, который с удовольствием много лет веду. Продажи - мое второе хобби. Я очень много всего знаю про продажи. Не могу держать в себе. Кстати, именно поэтому я выступаю на конференциях по продажам и публикую статьи в профильных журналах.

Еще я женился, родил чудесную девочку и примерно определился с теми жизненными целями и проектами, которым хочу посвящать жизнь. Поэтому, в целом, я могу сказать, что я - счастливый человек. У меня есть всё, что нужно для счастья - любимая семья, друзья, работа, хобби, деньги, крыша над головой, здоровье и осознание себя, как личности, и как человека "на своём месте". Друг, правда, мой лучший не дожил до этого дня. Жалко. Но я его вспоминаю почти каждый день, надеюсь, что он оттуда всё видит и знает. А так всё отлично.

Спасибо всем, кто со мной, меня любит, знает, дружит, читает, работает или просто хорошо ко мне относится!
Спасибо Богу и судьбе, что дожил. Значит ещё кому-то нужен. Надеюсь. Я улыбаюсь. 40 - это результат. ;)
Bear

Александр Дмитриев:

Оригинал взят у zukuzuku в Александр Дмитриев:

«Мне было интересно проследить, во что превращается человек, который начинает рушить свою систему ценностей»

Во МХАТе им. М. Горького состоялась необычная премьера – «Грибной царь» по роману Юрия Полякова. Необычная потому, что спектакль по стилю резко выделяется на фоне классических постановок театра со старейшими традициями. Сидя в зрительном зале, «глотая» меняющиеся со скоростью света эпизоды и слушая песни «Раммштайн», я ощущала, что мысленно задаю себе вопрос: действительно ли я нахожусь во МХАТе? А после просмотра спектакля критики даже заговорили о том, что это – новая страница в истории Художественного Театра. Как бы то ни было, но равнодушным «Грибной царь» не оставил никого. В день премьеры мне удалось встретиться с режиссёром спектакля Александром Дмитриевым и поговорить не только об этом удивительном событии, но и о других его режиссёрских работах.   

Александр Иванович, расскажите, как возникла идея поставить «Грибного царя»?

Предыстория такова. После премьеры спектакля «Деньги для Марии» наши пути с Юрием Михайловичем Поляковым пересеклись, и у него зародилась идея, чтобы театр поработал с романом «Грибной царь». Но на тот момент ни инсценировки, ни вообще какого-то приблизительного плана не было. Поскольку я режиссёр начинающий, мне доверили поэкспериментировать, поработать над этим романом в самостоятельном порядке. Я сделал некую рабочую модель будущего спектакля, и на определённом этапе Юрий Михайлович подключился к нашей работе и взял на себя труд написать настоящую пьесу на основе того, что он увидел. Я впервые столкнулся с тем, чтобы инсценировать такое большое, многослойное, с огромным количеством персонажей произведение, и мне было вдвойне интересно работать, потому что я никогда не работал конкретно в контакте с драматургом. Эта работа принесла мне очень большое удовольствие. И, по-моему, автор даже принял некоторые предложения с моей стороны, что-то в пьесе изменил.

Сразу хочется спросить, почему так изменился образ девушки главного героя, Светланы? Мне кажется, в романе она, конечно, испорченный, но всё же ребёнок, а в спектакле Вы нарисовали другую Светку, Светку-хищницу.

Здесь концептуально для меня была большая проблема. Потому что я не сразу понял весь замысел Полякова. У меня как у любого человека есть какие-то свои представления, оценки жизни, предпочтения. И когда я прочитал роман, я многое в нём не то что не принял, а не понял, зачем это надо – мне лично, зрителю, человеку, читателю. Зачем это читать, смотреть и думать об этом. То есть это не мой опыт. Я знаю о том, что такие ситуации бывают, но это не близко мне. Поэтому я ещё в первой редакции спектакля, которую мало кто видел, вообще сделал из главных героев романтических любовников, убрал всю современную молодежь. И это было связано только с моей субъективной оценкой. Я как мужчина не мог себе представить, что такой герой как Свирельников может увлечься такой девушкой, как Светка. Она ведь молоденькая пустышка, наивная полудурочка, немного вульгарная, пошловатая – для меня было очень трудно это оправдать как режиссёру. Это первый момент. А второй момент связан с тем, что есть такие ситуации в театре, когда такую исполнительницу и не найдешь, и поэтому есть некая данность той или иной актрисы. В данном случае в ситуации с Катей Кондратьевой было бы противоестественно делать из неё маленькую глупенькую девочку – это смотрелось бы неорганично, потому что, всё-таки, по данным она больше склонна к героине. Так что здесь были субъективные и объективные причины.

Что для Вас самое главное в романе? Что Вы хотели донести до зрителя?

Когда режиссёра спрашивают, о чём спектакль, обычно отвечают либо очень пространно, потому что в двух словах не скажешь, либо говорят: «Я же поставил, сами смотрите». У меня много ответов на этот вопрос. Для меня это был в первую очередь поиск самого себя, потому что когда ты репетируешь, то ты так или иначе идентифицируешь себя с главным героем. Это моё поколение – 45-50 лет, и мне интересно, как это поколение, которое жило ещё в советское время, а значит, застало определённую систему ценностей, перешло в наше время капитализма – как эти люди выживают. Мне было интересно проследить, во что превращается человек, который начинает рушить свою систему ценностей в силу определённых обстоятельств: жена, дети, семья, желание разбогатеть, желание не отстать от других. Что происходит с ним, с его душой, и куда это ведёт. Кто-то предал свою систему ценностей и живёт нормально, кто-то предал и погиб –  я знаю много таких людей. Что с нами происходит – вот это было мне в первую очередь интересно. И исполнитель главной роли Валентин Валентинович Клементьев очень помог мне найти ответ на этот вопрос, без его участия многие вещи я бы трактовал иначе.

Почему Вы выбрали именно Валентина Клементьева на эту роль?

Он идеально подходит для этой роли с моей точки зрения. Здесь нужен был актёр именно такой индивидуальности, такого глубокого понимания современности. Я всё время ощущал его поддержку. С ним было очень легко работать. Мне поначалу было боязно: всё же, актёр он выдающийся, с колоссальным опытом. Но в процессе работы осознаёшь, что чем более талантлив человек, чем больше он понимает в профессии – тем с ним легче работать, а чем меньше у него знаний и опыта – тем больше амбиций, и тем труднее. У нас с Валентином Валентиновичем было полное взаимопонимание, советы с его стороны, режиссёрские подсказки даже. И я благодарен ему за это, и Татьяне Васильевне Дорониной за то, что она дала мне возможность поработать с таким актёром.

Герой Клементьева в спектакле – скорее положительный, чего не скажешь о герое в романе. На фоне общей агрессивности, жажды денег, секса и развлечений, он производит впечатление философа, человека, который просто сильно устал от жизни. Почему Вы так его изменили?

Очень хорошо, что это читается в спектакле, потому что в романе этот персонаж достаточно нелицеприятен и противоречив. А я, конечно, хотел сделать так, чтобы он вызывал сочувствие и понимание. Я думаю, что то, что он вышел положительным – идёт не от того, что играет Валентин Валентинович, а от того, что стоит за ним как за человеком. И если этот фон, который идёт от него, просвечивает – я думаю, что это удача спектакля. Мы должны показать, что даже в самых хороших, в самых нормальных людях происходят иногда такие изменения, которые могут закончиться гибелью.

А вот рассыпавшийся червями гриб в конце спектакля – для Вас это символ того, что все плохое осталось позади, и герой открыт к очищению и новой жизни или того, что столько сделано ошибок, что в будущем ничего хорошего его уже не ждёт?

Хороший вопрос. Я, конечно, хотел, чтобы персонаж вызывал ощущение, что он в конце жизни что-то осознал, и успел хотя бы мысленно попросить прощения, покаяться. Это было трудно выразить на сцене. Но в финале, когда он резко бросает куртку, деньги, отбрасывает фляжку – это ассоциация того, что он пытается сбросить с себя кожу налипшей грязи и попытаться начать жизнь сначала. Даже если считать, что в физическом плане он умер, и ничего хорошего его не ждёт, то в духовном плане он всё же стал лучше и чище, осознал, что нужно меняться.

А почему в спектакле так много чёрного? Все герои одеты в чёрные, в лучшем случае, чёрно-белые одежды. Вы хотели показать, что наше время такое чёрно-белое?

Говорят, у нас в России всё мрачно и беспросветно: заходишь в метро, а там всё какое-то серое. Но я вовсе не это хотел показать. Чёрный цвет – это черви, которые разъедают душу главного героя, а через него и всю Россию. Я хотел показать, что мы все превращаемся в роботов, становимся очень похожи друг на друга. Сегодня во всём есть унифицированность, стираются различия между мужчиной и женщиной, всё время мы в тёмных очках, мы перестали смотреть друг другу в глаза, перестали общаться искренне и естественно, мы все как-то закрываемся в свою скорлупу. И вот это разъединение при общей унифицированности – оно становится пугающим и страшным. Мне надо было попытаться создать – даже не ощущение реальности – а предощущение того, что с нами может произойти в будущем. Все говорят об открытости мира: что нет никаких границ и различий между народами – мне кажется это неестественным, неорганичным, и, на мой взгляд, это лишает мир многообразия и красочности.

В спектакле звучит много музыки. Почему Ваш выбор пал именно на эти композиции? Например, композиции группы «Раммштайн» – это не тупой шум, а вполне осмысленные тексты. В одной песне, звучащей в спектакле, есть тема прихода света и солнца – и это связано с появлением Светы в жизни главного героя. Это Ваша задумка?

Нет, я Вам даже скажу, что я не смог бы эти песни перевести на русский. Для меня они были важны с точки зрения функциональности в первую очередь: немецкая речь, шум, ритм, никак не смысловые ассоциации. Но я ещё раз и ещё раз склоняюсь к тому, что во многом творчество – это интуитивный момент. Вот Вы сейчас сказали об этой параллели – наверное, где-то интуитивно во мне это сидело, я просто не знал, как это выразить. Когда я переслушивал огромное количество музыки других исполнителей, я всё время откладывал их и цеплялся именно за эти песни. Я интуитивно почувствовал, что они ложатся в данном контексте.

Не могу не спросить про задник. Как только заходишь в зал, видишь перед собой настоящий лес, слышишь его шелест – и на протяжении спектакля очень интересно следить за картинками на нём. Видно, что это результат увлечённой работы. Чья эта идея, кто над ним работал?

Идея изначально моя, но много людей подключилось к ней. Я её просто озвучил Татьяне Васильевне Дорониной, и она очень горячо её поддержала. Дело в том, что на малой сцене очень трудно почти 32 эпизода объединить в некое пространство, и я подумал о видео, но на тот момент я даже не представлял себе, как это реализовать. Тогда мы с Ильёй Бабенко, который мне помогал, придумали, что у каждого акта будет своя картинка, и в эту картинку будут вплетаться метафоры или прямые ассоциации. В конечном счёте родилось некое единое пространство. Это было трудное испытание и для нас, и для постановщиков, и для художника Вячеслава Барабанова. Мы много от чего отказались в результате поисков. Так что работа над видео была интересная, но непростая. То, что решение нашлось именно на малой сцене – это ещё и подсказка автора. Ведь роман начинается фразой «Я закричал и проснулся». Я подумал, что это какие-то галлюцинации, полусны, метафизически возникающие персонажи, и что всё это можно ввести в спектакль.

Я заметила, что сны, которые видят герои другого Вашего спектакля, «Деньги для Марии», построены так же, как и многие сцены «Грибного царя». Вам нравятся такие отвлечённые мотивы?

Если честно, я вообще любитель медитативного кино. Я люблю кино интеллектуальное, очень спокойное, в плавном течении которого передаются идеи –  это 60-е годы, авторское кино Бергмана и так далее. Но в условиях театра такое невозможно сотворить. Есть попытки создания атмосферы созерцательности, отстранённости, инфернальности действия, но, мне кажется, что русский театр замешан на колоссальной жажде эмоций. Зрители должны приходить и чувствовать эти эмоции от актёров, и поэтому если это без нерва, в каком-то плавно-тягучем состоянии – это не будет смотреться. Кино по телевизору ты можешь посмотреть и выключить, а когда ты приходишь в театр, ты приходишь за энергией, которую излучает артист. Поэтому для меня в театре немаловажно не уснуть. Я прихожу, чтобы меня, напротив, разбудили. А без нерва, чисто интеллектуально в театре это очень трудно сделать.

В целом спектакль получился немного не в традициях МХАТ. Как на это посмотрела Художественный руководитель Татьяна Доронина, она видела «Грибного царя»?

Она видела спектакль на Худсовете. И то, что она дала нам возможность довести это до премьеры, уже говорит о том, что она в чём-то с нами согласна и доверяет нам. Конечно, для нас это очень большой эксперимент, и в том числе для меня, выросшего в традициях русского реалистического театра – я закончил Щепкинское училище при Малом театре, воспитан на Островском. Мне тоже нравится сидеть в креслах, в хороших костюмах, ходить по сцене, и петелька-крючочек – чтобы всё было на месте. И я считаю, что это то, чем мы должны гордиться, и то, чего не хватает сейчас театру. Для меня это был мучительный процесс, когда я понимал, что не всё в этом спектакле выстроено по тем законам, к которым мы привыкли и к которым привык зритель. Кстати, мне интересно, что скажет зритель. Думаю, противоречивость в оценках будет. В предыдущей моей работе по Распутину тоже присутствовали наваждения, сны, но, всё же, это было выстроено по законам реалистического театра.

Это уже четвёртый Ваш спектакль во МХАТе. А до этого был Островский, Чехов, Распутин. От работы к работе, чувствуете ли Вы себя увереннее? В одном интервью Вы сказали, что считаете себя прежде всего актёром, и только потом режиссёром, и притом режиссёром-любителем. В Вашей оценке самого себя ничего не изменилось?

Я всё равно остаюсь на позиции, что я режиссёр-любитель. Любитель не может делать то, что он не любит.

Но с другой стороны, художник не может браться за всё подряд. Конечно, он занимается тем, что любит, как же иначе?

Знаете, как обычно говорят про профессионала: сразу видно «школу». То есть, он знает, по каким законам строить спектакль. Вот в этом понимании у меня школы нет. Поэтому я любитель. А что касается уверенности – конечно, она прибавляется. Придумать спектакль – не самое трудное в профессии режиссёра. Любой человек может посмотреть твою работу и сказать: да я бы по-другому поставил. Самое трудное – это общение с людьми. Важно установить диалог с коллегами. Тем более, если ты просто актёр, и они актёры, а тут ты выступаешь в другом качестве. Каждая работа прибавляет доверия. Люди начинают тебе больше доверять именно как режиссёру, принимать условия игры – вот что важно. Может быть, я ошибаюсь, но хочется в это верить.

Первой Вашей работой во МХАТе был спектакль по Островскому «Не всё коту масленица», где Вы в то же время играете главную роль. А до МХАТа у Вас были какие-то режиссёрские работы?

Да, это были дружеские предложения со стороны театров. Я поставил «Женитьбу» Гоголя в Зеленограде. Она шла достаточно долго, лет пять. Потом были ещё постановки полуантрепризные, которые мы осуществляли с друзьями.

Как Вы выбираете авторов для постановки спектакля?

Интересно, что не ты выбираешь авторов, а авторы выбирают тебя. С Островским понятно – когда-то я искал материал, мне захотелось вернуться в юность, это было логично. Но то, что дальше со мной происходило, было вне моей логики: это были всегда предложения руководства. «Деньги для Марии» по Распутину предложила Татьяна Васильевна. Я был рад этому бесконечно, для меня этот материал был близок, понятен, и я наслаждался процессом. Знаете, книги находят тебя в нужный момент. Ты можешь долго чего-то искать, размышлять об этом, а потом вдруг неожиданно кто-то приносит книгу – и она переворачивает тебя. В твою судьбу входят и книги, и спектакли, и роли, которые тебя меняют.

А спектакль «В ожидании счастья» по рассказам Чехова тоже предложило руководство?

Да, Чехова поставили к юбилею писателя. Притом Татьяна Васильевна мне доверила самому выбрать рассказы, за что я очень благодарен ей. В мой выбор она не вмешивалась.

Это ведь тоже объёмный материал, и Вам удалось сделать из него очень органичный спектакль. Этот опыт Вам помог, когда Вы работали над «Грибным царём»?

Да, я думаю, здесь произошло закономерное развитие. «В ожидании счастья» сделан из рассказов Чехова – маленьких новелл, и нужно было придумать единое пространство, чтобы они звучали логично и выглядели как единое целое. Но тут был колоссальный материал – Чехов, что говорить! Он сам за собой ведёт. Сейчас по техническим причинам этот спектакль не идёт, но этот опыт мне дал как раз то, что мне пригодилось и в «Деньгах для Марии», и в «Грибном царе». Я начинал с шести человек в «Не всё коту масленице». Вдруг у Чехова – девятнадцать, в «Деньгах для Марии» – двадцать, и в «Грибном царе» – двадцать четыре!

Не было в планах поставить эти спектакли на большой сцене?

Моё личное мнение – при переносе с малой сцены на большую, каким бы ни был спектакль, он всё равно что-то теряет. Ты рассчитываешь энергетику артистов, некие посылы: что смотрится издалека, а что вблизи. Всё может быть, но как это реализовать – технически даже трудно представить. Пока такого в планах нет.

А что-то ещё Вы планируете поставить?

Я человек достаточно осторожный. Не хочу раньше времени ничего озвучивать. Конечно, у меня есть свои мечты.

Александр Иванович обаятельно заулыбался, должно быть, подумав об этих мечтах, и по тому, как радостно забилось моё сердце, я почувствовала: сколько ещё всего интересного, сколько, сколько!..

 

15 декабря 2011 г.
беседовала Ольга Абрамова


Hunter

Девять причин, по которым я уезжаю из России (статья одной девушки)

Редакция gazeta.ru публикует отклик в рубрике «личный опыт» на тему «Почему я тоже уеду из России»

=====================================================

Подобная тема на этом форуме имеет эффект разорвавшейся бомбы. Однако я всё-таки поиграю в камикадзе и напишу именно об этом. В очередной раз. Итак, почему я, молодая женщина 25-ти лет от роду хочу уехать из этой страны? Какие причины сподвигают меня, как и тысячи моих соотечественников потихоньку готовиться к отъезду?

Материальные? Вовсе нет. В этом смысле мы, жители мегаполисов, счастливее прочих (хотя, конечно, не в деньгах счастье). Зарплаты позволяют смотреть на мир более уверенными глазами, крепче стоять на ногах, радовать себя какими-то приятными мелочами.
Но не хлебом единым жив человек.
К сожалению, живя в России я не могу ни за какие деньги купить то, что мне хочется.
Именно об этом и надо поговорить.
1. Безопасность. Её нет. Милицию переименовали в полицию, военным пообещали большие зарплаты, всех силовиков переодевают в новехонькую с иголочки форму. Дало ли это эффект? Нет, если по-прежнему при виде полицейского хочется перейти на другую сторону улицы. Нет, если жены в день зарплаты инспектируют мужей, как не быть ограбленному полицией.
Нет, если водитель держит в паспорте несколько сотенных купюр на случай внезапной взятки инспектору. Нет, если человек в форме заходит в супермаркет и расстреливает людей.
Вы верите полиции? Я нет. Причем мы давно уже отошли от стадии «полиция ничего не делает, поэтому от неё нет толку» и взошли на новую ступень «полиции много чего делает, поэтому её стоит опасаться». Collapse )
Bear

Интервью с человеком, который уволил Стива Джобса (часть 2)

Это продолжение. Начало можно прочитать тут.

Вопрос: Наверняка, Apple сегодня стала известной не в последнюю очередь благодаря своей лайфстайл-рекламе? Она показывает нам людей, которые живут в мире, который становится красивее и удобнее, благодаря использованию продуктов Apple. Современная молодежь просто без ума от iPod'ов.

Скалли:
Да, и меня это не удивляет. Это всегда было яркой отличительной чертой Стива - способность увидеть что-то, чего другие не видят, осознать возможности, которые это дает, и придумать, как это можно встроить в контекст его методологии дизайна. Все - только через дизайн.

У моего знакомого была забавная история, когда он умудрился назначить в один день две встречи - в Apple, и в Microsoft. Это было в прошлом году, то есть совсем недавно. Он приехал на встречу в Apple (он работает в компании, которая им что-то поставляет). Во время этой встречи, как только в комнату входил дизайнер, переговоры сразу останавливались, так как дизайнеры в Apple – это наиболее влиятельные и уважаемые сотрудники. Все знают, что дизайнеры в Apple обращаются напрямую к Стиву, потому что они все подчиняются ему лично. Только в Apple дизайнеры подчиняются лично управляющему менеджеру.

После этой встречи мой знакомый поехал в Microsoft. Когда он приехал, участники сидели за столом и что-то бурно обсуждали, потом началась встреча и уже никакие дизайнеры в переговорную не заходили. За столом сидел только технический персонал. И все эти люди судорожно придумывали разные идеи о том, какой должен быть будущий дизайн. Вот, что называется "дорога в никуда".

Microsoft нанимает умнейших людей на планете. Известно, что во время собеседования они предлагают кандидатам невероятно сложный тест, пройти который могут лишь немногие. Так что проблема там вовсе не в том, что люди там недостаточно умны или талантливы. Просто в Apple дизайн стоит на самом высшем уровне и управляется лично Стивом. В других компаниях к дизайну относятся совершенно иначе. Дизайнеры и все их вопросы находятся где-то в самом низу, где их решения погрязают в бюрократической волоките. В крупных компаниях очень много людей имеют право что-то запрещать и очень мало - имеют право что-то разрешать. Поэтому их продукты является сборищем огромного количества компромиссов, которые устраивают очень большое количество людей. Возвращаясь к методологии Стива, можно сказать, что наиболее важные решения появляются на свет, когда вы говорите себе, что вы НЕ хотите делать, а вовсе не то, что вы хотите. Нужно иметь особое мужество, чтобы постоянно отказываться от всего того, что вас пусть даже и в мелочах, но - не устраивает. Нужно уметь быть минималистом.

Работая в Apple на ранних этапах ее становления, сегодня я не вижу каких-либо серьезных изменений в ключевых принципах Стива. Они лишь совершенствуются с годами.

Еще один пример, который ярко свидетельствует об этом - то, как он открывал розничные магазины.
Collapse )
Bear

Парковщики Домодедово или Как мы ждали "Главного"

Вспоминая недавнюю историю про обслуживание клиентов Альфа-банка, широко обсуждаемую в российской прессе и на РБ, хочу вам представить свои злоключения. Это тоже про сервис. Но не банковский, а домодедовский.

Вчера, 17 апреля 2010, я со своей девушкой поехал провожать мою сестру с ее мужем и маленьким ребенком в аэропорт Домодедово. Хороший аэропорт, возможно, лучший в России. Я много летаю и всегда прошу организовывать мне вылет именно через него. Но вчера произошла история, которая накладывает большую тень на этот аэропорт и на этот раз - не от крыла авиалайнера. История довольно неприятная. Предлагаю ее на суд всех авиапассажиров страны.

Неприветливое Домодедово
Неприветливое Домодедово

В районе 3 часов ночи мы приехали в аэропорт, получили на въезде талон, успешно нашли место для спокойной высадки наших пассажиров, высадили их, попрощались и поехали домой. На выезде я, как положено, вставил талон в пропускной автомат, тот убедился, что мы были в зоне аэропорта меньше 15 минут, шлагбаум открылся и мы благополучно выехали на чудесное двадцатикилометровое шоссе до Москвы. На этом история могла бы успешно закончиться. Но не закончилась. Аэропорт Домодедово отпускает только один раз.Collapse )